?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Я и Смерть моя:)


Когда я умер и превратился в скелет, меня вместе с другим скелетом почему-то выставили в музее Принстонского университета. Вот стоим мы рядышком и пялимся друг на друга пустыми глазницами. Наконец, я говорю на чистом английском:
-Здравствуйте, меня зовут Дундук. А вас?
-А меня – Марта. 
«Как я сразу не догадался, что это женский скелет», - пронеслось в моей пустой черепушке.
-Ну что ж, - сказал я, - раз познакомились, давайте поговорим.
-Давайте, - согласилась Марта.
-Опишите, какой вы были при жизни.
Марта немного помедлила, словно соображая, как бы точнее себя описАть.
- Ну, в общем, небольшого роста, стройненькая, рыжеволосая. А глаза у меня были зеленые.
-А лицо? Можете описАть лицо?
Марта еще чуток помедлила.
-Я была очень красивой девушкой. Черты лица тонкие. Нос курносый. И – белые-белые зубы.
В подтверждении своих слов Марта щелкнула челюстью, в которой действительно было полным-полно великолепных зубов.
-Знаете что, Марта, - вдруг предложил я, - давайте отметим наше знакомство и где-нибудь выпьем. 

Метрдотель ближайшего ночного ресторанчика буквально потерял дар речи, когда в дверях заведения появились два скелета.
- Бутылочку красного, французского, - потребовал я у остолбеневшего официанта.
Когда вино было разлито по бокалам, я с чувством произнес: «За нас, Марта!» Мы чокнулись, крепко сжимая костяшками пальцев бокалы, и залпом выпили. Поскольку вину, мягко говоря, некуда было вливаться, оно тут же оказалось на белоснежной скатерти.
-Не беда, - нашлась Марта. – Давайте представим, что в пустых бокалах вино, которое мы пили при жизни, и попытаемся выпить снова.
Предложение Марты сработало. Я почувствовал легкий шум алкоголя в голове, да и Марта, как мне показалось, зарделась румянцем.
-Официант, - вновь позвал я, - принесите нам тарелки и приборы!
Когда заказ был исполнен и мы, скрежеща вилками и ножами по поверхности пустых тарелок, смаковали воображаемое мясо, я поинтересовался:
- А почему, Марта, вы не спросите, каким я был при жизни?
Марта помедлила, пережевывая особо сочный кусочек «бифштекса», потом спросила:
- Каким вы были при жизни, Дундук?
Отложив в сторону приборы и промокнув зубы салфеткой, я стал рассказывать:
- Я был неотразимым парнем. И физически, и интеллектуально. Это сочетание существенно портило мне жизнь. В том плане, что женщины не давали проходу. Я всячески старался их избегать, но тщетно. Как бы вы сами, Марта, реагировали, увидев высокого, мускулистого брюнета с синими глазами, лицо которого, к тому же, выражает недюжинные умственные способности?
- Не знаю, Дундук, - вдруг смутилась Марта, потупив взор. Мне
в этот момент очень захотелось ее трахнуть, но я быстро и с сожалением вспомнил, что это невозможно.
- Однажды, - продолжал я, подавив вожделение, - я отказал девушке своей мечты. Ее настойчивые и назойливые притязания были столь физиологичны, столь плотски, что камня на камне не оставили на образе женского идеала, который рисовался в моем воображении. Все кончилось тем, что девушка вышла в окно на двадцать четвертом этаже.
- Ну, может, не стоило отвергать ее любовь, - еще больше потупившись заметила Марта и быстро добавила: - Нам пора.

Мы вышли из ресторанчика так же, как и вошли – под молчаливые взгляды шокированных официантов и метрдотеля. На улице стояла глубокая ночь, и было довольно зябко. Заметив, что Марта ежится, обхватив плечевые суставы, я решил позаимствовать куртку у припозднившегося прохожего. Прохожий, понятно, возражать, не стал. Куртка оказалась длиннополой, белого цвета, с капюшоном. Я заботливо набросил ее на плечи Марты, та в свою очередь спрятала голову в капюшон. Так мы шли молча по направлению к музею: Марта - чуть впереди, я – на полшага отставая.
Наконец, я решил прервать молчание и потянул Марту за рукав.
- Видите ли, - начал было я и осекся. Потому что в этот момент Марта повернулась ко мне лицом и вид пустых глазниц под нависшей лобной костью в обрамлении белого капюшона показался мне очень знакомым. «Боже, - пронеслось в моей черепной коробке, - да ведь это же моя Смерть!».
- Узнал? – оскалилась Марта-Смерть, сделав мне шаг навстречу.
- Узнал. Ты однажды уже приходила за мной.
- Точно. Ты действительно тогда был неотразим. И физически, и интеллектуально. Вот только женщин ты не сторонился, напротив, на всю катушку использовал свои природные данные. Это тебя и погубило. Ибо не девушка твоей мечты вышла из окна на двадцать четвертом этаже – я тебя оттуда вывела!
- Помню, - согласился я, уняв страх и сообразив, что в нынешнем моем положении Смерть мне не страшна. – Одного не пойму: зачем ты это сделала?

Смерть поглубже спрятала голову в капюшон и теперь я практически не видел ее лица. Окрестные фонари выхватывали из темноты капюшона разве что краешек нижних зубов.
- Смерти тоже дано влюбляться, - сказала Смерть после продолжительной паузы. – Теперь я жду от тебя взаимного чувства. Тебе лишь слегка нужно будет напрячь воображение.

Признаться, я был серьезно озадачен таким поворотом событий. При жизни мне не приходилось испытывать проблем с противоположным полом и я выходил с честью из самых щекотливых ситуаций. А тут было, конечно, над чем задуматься. Влюбиться в гору старых костей, даже если они принадлежат собственной Смерти?!
- Не получится, - заупрямился я. – Моему воображению не на что опереться.
Челюсти Марты-Смерти расплылись в хищной улыбке.
- Разве у тебя не возникало желания трахнуть меня, когда мы сидели в ресторане? 
«Похоже, эта сука способна читать мысли», - удивился я.
 - Было. Но ведь ты представилась Мартой и сумела достоверно описАть свой прижизненный облик. Как при таких внешних данных не захотеть?
- Я могу его по-другому описАть, - нажимала Смерть, - в каких угодно красках и каких угодно формах. Так, что и у мертвого проснется желание. Не юли, Дундук. Тебе придется ответить мне взаимностью.

Неожиданно тишину глухой ночи разорвали звуки полицейской сирены. Со стороны набережной к нам стремительно приближался оснащенный мигалками и матюгальниками фургон. Резко взвизгнули тормоза, открылись дверки, и из чрева фургона, как черти из табакерки, высыпали полицейские.
- Господин сержант! – заорал человек в штатском, показывая на нас пальцем. – Это они, арестуйте их!
Я узнал в кричащем человеке того самого полуночного прохожего, у которого я попросил куртку для замерзающей Марты.

Тем временем полицейские окружили нас плотным кольцом, наставив пистолеты. Маленький толстый сержант с внушительной дубинкой на поясе объявил:
- Вы подозреваетесь в ограблении первой степени! Не двигаться и предъявить документы!
Я машинально похлопал было по несуществующим карманам, но в это время раздался спокойный голос Смерти:
- Сержант, вы что, идиот? Какие могут быть документы у мертвецов?
- В таком случае, - отрезал сержант, - вам придется проехать с нами в участок. Для установления личности и написания протокола.

Полицейский обезьянник, куда привезли меня и Смерть, уже до отказа был набит пьяницами и бомжами. Однако появление необычных арестантов смутило эту публику настолько, что она предпочла спрессоваться по углам.
-Ничего страшного, - подбодрила меня Смерть, - утром придет директор музея и заберет нас отсюда. А пока сядем и продолжим наш разговор.
-Здесь не самое подходящее место для выяснения отношений, - заметил я.
В моей черепной коробке стал вызревать план. Неимоверным усилием я подавил малейшее блуждание мысли, опасаясь телепатических способностей Смерти.
– В этой вонищи, да еще в окружении пьяни просто невозможно сосредоточить воображение.
-Что ты задумал? - насторожилась Смерть.
-Нужно бежать отсюда. Нормальному человеку сквозь прутья решетки не пролезть, а у нас получится. Смотри и слушай меня внимательно.
С этими словами, дав пинка бомжу, подслушивающему наш разговор, я подошел к прутьям решетки обезьянника.
- Сначала ты разбираешь меня по косточкам, просовываешь части сквозь прутья решетки и складываешь на полу. Затем – собираешь вновь. Я в свою очередь, находясь по ту сторону решетки, разбираю по косточкам тебя, перетаскиваю к себе и заново собираю уже здесь. Мы спокойно уходим на свободу, где я обещаю тебя полюбить. Годится?

Марта-Смерть еще раз пристально вгляделась в пустые глазницы моего черепа, пытаясь понять истинные мои намерения. Думаю, ей показалось, из черной пустоты на нее смотрели честные, исполненные благородства глаза, которым доверилась бы любая в мире женщина и без колебаний улеглась бы в постель. «Так может смотреть только горячо любящий человек», - решила, наверное, Марта-Смерть и, не колеблясь более, с проворством патологоанатома разобрала меня по частям, пропихнула останки по ту сторону обезьянника, и, просунув сквозь решетку руки, быстро воссоздала мой скелет вновь.
- Свобода! – закричал я счастливо, проверяя работу суставов и состояние грудной клетки.
Смерть хорошо знала свое дело: все кости скелета оказались там, где и должны были быть.
- Теперь моя очередь, Дундук, - сказала Марта-Смерть, - не забудь, что ты обещал, когда мы выйдем отсюда.
- Я любимых никогда не обманывал, - гордо заявил я и принялся за работу
.

Незадача возникла сразу же, как только я попытался открутить Смерти черепную коробку. Она не то что не поддавалась, просто мне вроде бы не хватало сил.
- В чем дело, Дундук? – поинтересовалась Марта. – Не прикидывайся немощным. Я же разобрала тебя в два счета.
- Ты – Смерть, а я простой смертный, - оправдывался я, взявшись выдергивать тазобедренную кость Смерти, с которой тоже ничего не выходило.
- Помогите ему, придурки! – прохрипела Смерть бомжам, которые от увиденного были уже на грани помешательства.
- Вот что, любимая, - предложил я. – Чтобы тебя разобрать, мне необходима физическая сила. Верни мне ненадолго мою прижизненную форму и облик. Я вытащу тебя отсюда, и мы не расстанемся вовек.
-Ты в этом уверен, Дундук?
-Это единственное, что нас может спасти!..

***

Рассказывают, что примерно через полчаса начальник полицейского участка капитан Джон Дуб вызвал сержанта.
-Приведите сюда подозреваемых в ограблении. Посмотрим на этих, как вы говорите, мертвецов.
Сержант вернулся обратно гораздо быстрее, нежели ожидал капитан.
-Сэр, там на полу лежат кости только одного скелета. Второй, говорят, сбежал.
-Вот как? Осмотрите все помещения участка, а кости бросьте в наш шкаф для скелетов.
Видать, очередной сукин сын сумел обмануть собственную смерть.

Comments

( 17 comments — Leave a comment )
milashka1
Oct. 1st, 2006 09:10 am (UTC)
Аха,по-мужски.:-)
dunduk_culinar
Oct. 1st, 2006 10:20 am (UTC)
"Женская солидарность, - подумал я.- Они солидарны настолько, что готовы даже встать на сторону смерти":)
milashka1
Oct. 1st, 2006 11:09 am (UTC)
не настолько! :-)
batonne
Oct. 1st, 2006 09:22 am (UTC)
не верю! 8)
dunduk_culinar
Oct. 1st, 2006 10:28 am (UTC)
Клянусь, все так и было:)
mysea
Oct. 1st, 2006 09:44 am (UTC)
Как тяжко мертвецу среди людей
Живым и страстным притворяться!
Но надо, надо в общество втираться,
Скрывая для карьеры лязг костей…

Уж вечер. Мелкий дождь зашлепал грязью
Прохожих, и дома, и прочий вздор…
А мертвеца – к другому безобразью
Скрежещущий несет таксомотор.

В зал многолюдный и многоколонный
Спешит мертвец. На нем – изящный фрак.
Его дарят улыбкой благосклонной
Хозяйка – дура и супруг – дурак.


Лишь у колонны встретится очами
С подругою – она, как он, мертва.
За их условно-светскими речами
Ты слышишь настоящие слова:

«Усталый друг, мне странно в этом зале.
Усталый друг, могила холодна.
Уж полночь». – «Да, но вы не приглашали
На вальс NN. Она в вас влюблена…»

А там – NN уж ищет взором страстным
Его, его – с волнением в крови…
В ее лице, девически прекрасном,
Бессмысленный восторг живой любви…

Он шепчет ей незначащие речи,
Пленительные для живых слова,
И смотрит он, как розовеют плечи,
Как на плечо склонилась голова…

И острый яд привычно-светской злости
С нездешней злостью расточает он…
«Как он умен! Как он в меня влюблен!»
В ее ушах – нездешний, странный звон:
То кости лязгают о кости.
dunduk_culinar
Oct. 1st, 2006 10:27 am (UTC)
Надо же, а ведь именно Блок "спровоцировал" всю эту историю:). Загадочный дядя. От "Ночи, улицы с фонарем и аптекой" до "Белого венчика из роз...". И еще - в "Весне на Заречной улице":)
mysea
Oct. 1st, 2006 10:34 am (UTC)
Насчет Блока - я так и поняла. :) Господин сочинитель, человек, называющий все по имени,
отнимающий аромат у живого цветка.:)
olmas
Oct. 1st, 2006 10:54 am (UTC)
да, у нас у каждого есть свой шкаф:)
gatta
Oct. 1st, 2006 01:50 pm (UTC)
До ужаса странно и захватывающе. :)
evedana
Oct. 1st, 2006 02:55 pm (UTC)
необычно и интересно.-:))
arzieva
Oct. 1st, 2006 03:59 pm (UTC)
Нет,в Вас,Марат,точно пропадает оч.перспективный писатель.
Куда до Вас тому же Лукьяненко(при всем моем уважении) с его Дозорами...
Сюжет поразил своим и бытовым и надбытовым фантазмом...Это ,мне кажется,могло бы "вылиться" во что-то потрясающее.Жаль,что Вы так щедро "вбухали" его в столь малую форму...
Надо бы замахнуться хотя бы на повесть...(что-нибудь фантастико-философское как минимум,с вечно-модными этико-религ.проблемами...).
Спасибо,за то,что Вы такой у нас есть.
Постскриптум. (Разве в Принстоне есть набережная? Если есть,-значит, кое- у кого склероз...).
dunduk_culinar
Oct. 1st, 2006 05:44 pm (UTC)
Замахнуться - это же очень легко. Ну вот смотрите, как можно повернуть интригу этого рассказика и сделать ее постоянно развивающейся:

"А сейчас, друзья мои, я вас ненадолго оставлю, чтобы посмотреть как работает полиция Принстона. Мне их работа понравилась. Полицейские напомнили нашу замечательную милицию, к которой у меня всегда было доброе отношение.
Итак, служебное кредо полицейского сержанта было простым, как армейский сапог. Если начальство говорит: «упал, отжался», стало быть, нужно отжаться, и, разумеется, упасть. Вот и в этот раз в точном соответствии с приказом капитана сержант сложил кости скелета в шкаф, а затем принялся осматривать помещения участка. Каково было удивление мексиканца, когда в туалете он обнаружил связанного по рукам и ногам совершенно голого капрала, которому неизвестный злоумышленник сунул кляп почему-то не в рот, что-то, видимо, перепутав в темноте.
— Негодяй! — взревел Джон Дуб, когда капрал появился на пороге его кабинета. — Вместо того, чтобы охранять обезьянник, вы наглым образом дрыхли!
— Никак нет, сэр, — оправдывался капрал, который еще не пришел в себя после мощного удара по голове. — Я всего лишь на мгновенье задумался о блинчиках с кленовым сиропом.
«Дело дрянь, — стал размышлять капитан, нервно вышагивая по периметру кабинета, — ограбление прохожего можно было бы спустить на тормозах. Да и в случае с капралом все обошлось бы внутренним расследованием. А тут — похищение полицейской формы и оружия!..»
— Сержант, — распорядился капитан, — немедленно поднимайте участок на поиски беглеца. Ему понадобятся деньги, поэтому блокируйте банки и устройте там засаду
— Слушаюсь, сэр! — щелкнул каблуками сержант. — Нам нужны ориентировки злоумышленника.
Капитан с минуту напрягал мозги, пытаясь представить, как может выглядеть скелет, которому вернули человеческий облик. Наконец его осенило:
— Ориентировка — форма полицейского! Хватайте каждого, кто в форме и тащите сюда.
— Есть, сэр!
— В этом долбаном городке, думаю, не так много полицейских, которых бы я не знал в лицо! Сержант, очистите обезьянник от рвани. Нам и так предстоит беспокойная ночь.
Спустя четверть часа в банках города сидели засады, а обезьянник полицейского участка постепенно заполнялся людьми в форме, опознанием которых занимался лично Джон Дуб. Дело двигалось медленно: задержанные прибывали пачками, а капитана то и дело отвлекали сообщения по рации.
— Сэр! — хрипела рация в очередной раз. — Пооизошло ограбление заправки в районе 135-й улицы! Неизвестный в полицейской форме похитил из кассы два доллара, а также пачку "Риглис" с банановым вкусом.
— Так чего же вы медлите! — рычал в рацию капитан. — Блокируйте заправки! Отставить банки!
Но помимо рации время от времени звонил и телефон. Один из звонков сильно расстроил каптана.
— Сэр, с вами хочет поговорить мэр города.
— Капитан, — заговорил мэр на другом конце провода, — что у вас происходит? Зачем ваши люди арестовывают всех полицейских подряд?
— Мы ищем опасного преступника, господин мэр, и уже напали на его след.
— Я вновь недоволен вашими действиями, капитан. Вы слишком затягиваете расследования.
dunduk_culinar
Oct. 1st, 2006 05:44 pm (UTC)
Капитан знал природу недовольства мэра. В прошлом году была совращена его дочь. Ее застукали с неизвестным в номере фешенебельного отеля. Когда люди мэра взломали дверь, неизвестный выпрыгнул из окна двадцать четвертого этажа, прокричав: «Сами трахайте эту уродину!». Ни мэр, ни полицейские так и не докопались до причин, побудивших неизвестного отказаться от услуг девицы столь экстравагантным способом.
Вновь зашумела рация:
— Сэр, инцидент в борделе на Кавентри-стрит! Некто в полицейской форме ушел из борделя, не расплатившись, и увел за собой проститутку.
— Бросайте, к чертовой матери, заправки! — вновь обозлился капитан, — Неужели не понятно, что теперь надобно блокировать бордели?
Под утро, когда в обезьянник полицейского участка угодили даже люди Джона Дуба, а беглец благополучно появлялся то тут, то там, в голове капитана созрело спасительное решение.
— Сержант, — приказал капитан, — приведите сюда директора антропологического музея!
— Есть, сэр!
— Пусть он захватит с собой инструкцию по правильной сборке скелетов.
— Будет сделано, сэр!
— Ну, парень, держись, — процедил сквозь зубы капитан. Впервые за все это время его лицо озарила улыбка. — Уж я-то знаю, кто найдет тебя наверняка":):)

Видите, как просто, вот так, навскидку:). Но придуманные истории - это не моё:)

dunduk_culinar
Oct. 1st, 2006 05:46 pm (UTC)
ЗЫ. Про то, что в Принтстоне может не быть набережной я как-то не подумал. Из всех штатовских городов я был только в Нью-Йорке, Нью Джерси и в Детройте. Там точно были набережные:)
(Anonymous)
Oct. 1st, 2006 06:56 pm (UTC)
Очень весёлая история:),а девушка-красивая!
У меня ещё одну родственницу маленькую, Мартой зовут.
Столько совпадений.(это,конечно,ни о чём не говорит,так просто:))
arzieva
Oct. 3rd, 2006 06:30 pm (UTC)
Вообще-то,скорее,моя оплошка:ведь дураку ясно,что все,мало-мальски уважающие себя города,
выстроены или вблизи или вдоль рек(речушек).
Так,что набережная, теоретически и гипотетически, в Принстоне есть...
( 17 comments — Leave a comment )